Граф Суворов. Том 5 - читать онлайн книгу. Автор: Иван Шаман cтр.№ 47

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Граф Суворов. Том 5 | Автор книги - Иван Шаман

Cтраница 47
читать онлайн книги бесплатно

Окончательно сомнения развеялись, когда одна из женщин, поджав губы, подскочила к сидящему за столом мужчине, судя по лычкам – флотский обер-лейтенант. Джигит важно отмахнулся, занятый спором с соседом, и его супруга замерла за плечом, еще больше поджав губы.

— Женщина, не видишь джигиты разговаривают?! — возмутился наконец обер.

— Ты что, не понимаешь? Она жива! — наклонившаяся к его уху супруга шептала, но сосредоточив прану я прекрасно услышал каждое слово. — Твоя двоюродная сестра, это мелкая мразота Гела – жива! А значит род отойдет ей! Нужно немедля собирать совет старейшин, чтобы…

Договорить она не успела. Джигит резко встал, из-за чего женщина, не ожидавшая такой бурной реакции, отскочила в сторону и чуть не рухнула на пол. После чего мужчина повернулся к собравшимся.

— Прошу простить, уважаемые. Кажется, из меня плохой учитель, придется провести еще несколько уроков на дому. — улыбнулся он, чуть поклонившись, а затем, схватив женщину под руку вывел ее из зала.

— Вах, Карло, ну зачем так позориться? Хочешь жену бить-воспитывать, твое право, но не на людях. — покачал головой седой грузин, сидящий чуть поодаль. — Домой привел и воспитывай сколько надо.

— Верно, Гоги. А надоело воспитывать, переверни и воспитывай по-другому. — рассмеялся его сосед, совсем дряхлый долгожитель, с куцей, но длинной бородой, и шутку веселым смехом поддержали сразу несколько столов.

— Карло! Скажи речь! — попросили у первого, высказавшегося сразу несколько мужчин, и старик, чуть поморщившись, поднялся.

— Когда мы были молоды и горячи, мы считали, что главное – это свобода. Но время лечит, мы поумнели и решили, что главное – это правда. Но время учит, и мы поняли, что главное – это право. Так пусть же наша душа всегда будет свободна, наш разум – прав, а наши права не превышали наши обязанности! — усмехнувшись сказал Карло, его поддержали криками и вздернутыми руками с кубками, но старик на этом не остановился. — Наши люди, наши соратники и сородичи, наши солдаты и крестьяне – ждут от нас справедливости и защиты. И в этот не легкий час мы доверяем тем, кто помогает нам оборонять нашу родину от врагов. Внешних и внутренних. За героев.

— Слава героям! — поддержал я, подняв протянутый мне кубок, и многие по вскакивали со своих мест, чтобы выразить свое согласие.

Пили до дна, хотя я с легкостью превращал вино в воду, правда уже в своем организме. Похмелье меня не беспокоило, я его вообще испытывал последний раз в прошлой жизни и это хорошо, другое дело – что сейчас в зале наконец начало что-то происходить и мне категорически нельзя было терять концентрацию.

Кучкование по кружкам произошло где-то в районе трех ночи, когда старшее поколение отправилось на покой, младшее уехало гулять по Тифлису, а я остался с мужчинами лет тридцати-сорока, которые поделились на небольшие группы. Кто-то играл в нарды, и один раз взглянув на них я понял, что это искусство будет не хуже шахмат. Другие раскинули карты, и я провел пару раундов, оставшись при своих. Третьи просто разговаривали и пили.

Я решил держаться между первой и третьей категорией. Увести меня не пытались, разговоры не прекращали, и вскоре я уже так закрутился, что успел пообщаться кажется со всеми в зале. И настроение оценив, и свои доводы предоставив. Речь мне толкнуть так и не удалось, но я за это был даже благодарен, ведь выяснилось, что как бы мы не готовились с Багратионом, с темой не угадали.

Утверждение что в клубе собираются меньшевики, оказалось вполне верным. Вот только общее настроение оказалось не тем, что полагал Константин. В целом позицию социал-демократов можно было оценить как умеренно негативную, но выраженную в первую очередь не к Багратиону, и даже не к императору, а к системе в целом.

Пообщавшись с одним из «старейшин» Карло, оставшимся в клубе на правах старшего, я с удивлением узнал, что в молодость свою он был террористом, реакционером и революционером, поднимавших на бунт народные массы. Им даже удалось отстранить от власти предков Константина, в 15х годах прошлого века. Но когда «лежащие на сене собаки» превратились в охранников государя, обретя силу через единение с резонансом, позиция меньшевиков Закавказья изменилась.

А позднее, уже в тридцатых-сороковых, вслед за технической революцией, устроенной центральной властью, крестьянам и рабочим были даны все права и вольности, которых они так долго требовали. Коммунизм в России не наступил, ну так социал-демократы его никогда и не придерживались, считая ультралевым политическим движением. Крайним и опасным даже для них.

В результате появившаяся формула «кровь за власть» когда не служившие в армии, и не принимавшие в боях участия, не имели права на правление, устроила всех, или почти всех. Одарен, хочешь силы и власти? Добро пожаловать на передовую, с риском для жизни и высокими шансами стать калекой. Не хочешь рисковать своей шкурой? Сиди дома и торгуй булочками.

Аргумент, что политика — это не поле боя, а прошедшие военные действия люди с ПТСР могут во власти быть опаснее чем с оружием на фронте, никого кажется не волновал. Тем более что почти все ведомства делились на военные и гражданские, если не по наименованию, то по факту. В том же министерстве просвещения было два крупнейших направления, одно из которых курировало кадетские училища и военные академии, а второе – общеобразовательные учреждения.

Хотя мне в целом общая милитаристская парадигма развития государства не очень нравилась, но я прекрасно понимал, что в этом мире по-другому быть просто не могло. Здесь нет ядерного оружия и прецендентов его применения против захватчиков. Нет фактора всеобщего сдерживания, а потому войны идут постоянно.

Но эта четкая, казалось бы, формула была нарушена. И не кем-нибудь, а императорским родом. Родила царица в ночь – овощ. И будто этого было мало, спустя всего несколько лет начались странные уступки на границе, деньги пошли из бюджета непонятным организациям, повысили налоги… в результате прошедших пятнадцати лет вполне хватило, чтобы вымершие объединения снова начали поднимать голову.

— Но теперь то царь новый. — хмыкнул я. — Грозный император полный сил.

— Сестра его до сих пор жива. Да еще и половину шавок с собой утянула. — покачал головой Карло. — Как же он сил полный, если даже страну в кулаке удержать не может? Нет, генацвале, пока бунт не подавит, его никто не станет всерьез воспринимать.

— Спасибо, уважаемый, за мудрые слова. — улыбнувшись поклонился я. — Да только нам, молодёжи, большая политика всегда мало интересна была. Царь где-то там, далеко, за тысячами километров. А мы с вами здесь. И силы, слава богам, у нас свои есть, не такие большие да порядочные.

— Это век назад он далеко был. — усмехнулся долгожитель. — А сейчас в пяти часах лету. Черноморский флот, с Крымской и Новороссийской эскадрами – в десяти минутах. Нет молодёжь, сейчас все иначе.

Пообщавшись еще немного со стариками, я перебрался к более голосистой и громкой группе мужчин, но выяснилось, что они с азартом комментируют бои в резонансных доспехах без применения конструктов. Взглянув через плечо одного из болельщиков, я с удивлением несколько секунд наблюдал за обычной, весьма вяленькой дракой, после чего лишь покачал головой.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению